Вторая мировая закончилась в сентябре
Вторая мировая закончилась в сентябре
02 июля 2015 - 22:00
Вторая мировая закончилась в сентябре 02 июля 2015 - 22:00
Никита Петров

Добираясь до очередного агрессора, советские войска преодолели пустыни и горы
«Газета» продолжает рассказывать об одной из самых блестящих операций Второй мировой войны – в Маньчжурии. В прошлой публикации – в номере за 17 июня – шла речь о том, как после разгрома фашистской Германии часть советских войск уже в конце мая – начале июня 1945 года отправилась на Дальний Восток – добивать японскую Квантунскую армию. 
Танкисты преодолевают хребет Большой Хинган. Маньчжурия, август 1945 года.

Для оперативного руководства нашими войсками было создано Главное командование советских войск на Дальнем Востоке во главе с маршалом Александром Василевским.  По его предложению были образованы три фронта: Забайкальский, 1-й и 2-й Дальневосточные. К участию в боевых действиях привлекались Тихоокеанский флот и Амурская флотилия. 

До начала наступления нашей 39-й армии Забайкальского фронта предстояло совершить 360-километровый марш по диким степям Монголии, по пустыне Гоби, по безводью и бездорожью. Жара до 35-40 градусов, солнечные и тепловые удары буквально косили солдат. Переходили на ночные походы. 19-летний пехотинец крымчанин Иван Намоконов из Черноморского вспоминал: «…Соорудили понтонный мост, форсировали реку и отправились через пустыню Гоби к Хинганскому хребту. Первые трое суток по пустыне шли без воды. Люди погибали от жажды. Только в нашем батальоне умерло восемнадцать человек. До этого я даже не представлял, на что способен человек в муках жажды, у него глаза становятся красные, и мы смотрели друг за другом, и если у кого-то изменяется взгляд, то тут же брали человека за руки, отбирали оружие… Потом дошли до какого-то озера, в котором…  одна тина и серая грязь. Тогда я набрал эту грязь в рубашку и цедил в котелок… К концу третьего дня на грузовиках в больших бочках подвезли тёплую воду, и мы наконец-то утолили жажду». 

Это был настоящий подвиг, тем более что многие пригодные к движению дороги были усеяны минами. Сапёр-крымчанин Иван Клищенко вспоминал: «…Японцы много участков заминировали, особенно на дорогах и по обочинам. Но мы их не разряжали, наша задача одна: обнаружили, отметили где – и дальше пошли».      

Но настоящие испытания ждали впереди. Войскам предстояло преодолеть Хинганские горы. Этот огромный хребет протянулся с севера на юг на 1400 км, в ширину – до 300 километров, в высоту – до 1700 метров над уровнем моря. 

На рассвете 9 августа 1945 г. началась Маньчжурская военная наступательная операция с переходом одновременно в наступление всех фронтов. Вся Красная армия перешла в движение и уже вскоре втянулась в марши по горным перевалам. 18-летний крымчанин из Раздольного артиллерист Иван Полыванный с гордостью вспоминал об этом событии: «…Подошли мы под Хинганский хребет и стали переходить его, это была, по мнению японцев, неприступная цитадель, если б нас там японцы ждали, они бы всех перебили. Но никто не ожидал, что войска отважатся перейти пустыню. Нам нужно было пройти через проход в 10 километров, а их было два, эти проходы были как две улицы, а вокруг отвесные скалы. Через горы не пойдёшь, так как там без техники делать нечего. Нашу армию проводили по одному из этих проходов».  

Когда горы прошли, пейзаж изменился, даже чем-то напомнив крымчанину Григорию Артёмову родные места: «…Из Большого Хингана между ущелий мы вышли в зелёные долины, показавшиеся особенно красивыми после абсолютно голых гор. Там уже хорошая трава повсюду росла, все зелёное. Небольшие деревья стояли в рощах. Во многих местах паслись китайские бараны, за которыми ухаживали семьями. Остановили мы одного китайца со стадом, он носил косичку и был одет в халат, к его ногам жались голые дети. Кухни отстали, хлеба нет, питаться нечем, а есть хочется. Потом и сами пострадали: некоторых солдат прохватила дизентерия».

Квантунская армия была атакована со всех сторон: с суши, с воздуха и моря. В тот день премьер-министр Японии адмирал Судзуки на экстренном заседании совета по руководству войсками заявил: «Вступление… в войну Советского Союза ставит нас в окончательно безвыходное положение и делает невозможным дальнейшее продолжение войны».