«В театре люблю исповедальность»
«В театре люблю исповедальность»
11 июня 2016 - 14:02
«В театре люблю исповедальность» 11 июня 2016 - 14:02
Энвер Вайман
Актриса Алина Покровская – о семье, судьбе и любви к радио 
Одна из ведущих актрис Центрального академического театра Российской армии Алина Покровская приехала в Крым на очередные гастроли. В её гостиничном номере лежит папка с распечаткой, густо исчирканная карандашом, – даже спустя пять показов, работа над ролью Лидии Васильевны Жербер в пьесе Алексея Арбузова «Старомодная комедия» продолжается.
Фото: rasfokus.ru

– Новый спектакль – какой он?

– Новый спектакль… Когда я стала смотреть материал, там столько сантиментов – он целует ей руку, а она… всякое такое… Мне показалось, что для нашего времени это слишком сентиментально. Героиня получается какая-то чудная курица. А потом я вчиталась – это не так. Лидия Васильевна Жербер – просто весёлый человек. И режиссёр Андрей Бадулин очень хороший. Я с ним в первый раз работаю, но репетировать – наслаждение… Мы этот спектакль ещё привезём в Крым в сентябре, есть договорённости.

– Расскажите про ваши отношения с Крымом. Вы в прошлом году нашли здесь сестру?

– Да, Наташу. Это моя сводная сестра. Мой отец – Станислав Карлович Новак. Я родилась перед войной, а мама с папой почти сразу разошлись по интересам: у мамы театр, а папа учился на физика-сейсмолога в Харькове. Меня мама в эвакуацию увезла, когда немцы стали наступать на мой родной Донецк. А папа до 1946 года воевал. Он был сапёром, разминировал железные дороги. Я помню, он приехал уже в Москву, куда мы перебрались из Средней Азии, мама тогда готовилась выйти замуж второй раз… И мне ни мама, ни папа не сказали, кто он такой – Станислав Карлович Новак.

Он жил в Симферополе. Был известным в своей сфере физиком, сейсмологом, курировал всё черноморское побережье – и Крым, и Кавказ. И до самой смерти отец не признавался своей новой семье, что у него была я. Потом сестра рассказывала, что однажды по телевизору показывали, как Путин вручает мне награду «За заслуги перед Оте­чеством». Папа эту передачу видел и говорит: «Это моя дочка». Он тогда был уже очень старенький. Все подумали, что с головой неважно у него, не обратили внимания. Папа умер в возрасте 96 лет.

В прошлом году нашлась та самая Наташа, пришла ко мне на спектакль в театр Чехова в Ялте. Мы поддерживаем отношения. Ходили на могилу к папе и бабушке.

– Вы с 1962 года не изменяли театру сначала Советской, а потом Российской армии…

– Когда я пришла в театр, у нас был тогда такой состав: Людмила Фетисова, Людмила Касаткина, Татьяна Капустина, были потрясающие спектакли, аншлаги. Мне как-то Бондарчук рассказывал, что даже он сам не мог попасть на спектакль, сидел на ступеньках театра в ожидании лишнего билетика. У меня в кино всего 8 фильмов, я отказываюсь от ролей, потому что в театре очень люблю исповедальность, когда ты открываешься и всё своё несёшь зрителю и партнёру. А кино, особенно сейчас, процесс быстрый, и в общем-то все остаются чужими, мне неуютно. «Офицеры» – приятное исключение.

– А есть то, что вы хотели сыграть и не сыграли в театре?

– Я когда-то хотела сыграть Анну Каренину, Элизу Дулитл из «Пигмалиона» Шоу. Но сейчас я тётенька взрослая, сейчас уже режиссёр может учитывать моё желание.

– Алина Станиславовна, вы же ещё и стихи, и прозу читаете, радиоспектакли ставите.

– Стихи я читаю до сих пор, прозу тоже читала одно время, года полтора. Например, «Историю государства Российского» для детей. И мне говорили, когда я в пансионате «Актёр» отдыхала, что дети с пляжа бегут к радио слушать моё чтение. Приятно. Говорят, в Интернете много записей, что вроде и Ахматову читаю, и Тютчева. А у меня технический кретинизм, я в этом Интернете ничего не понимаю. А вообще, я на радио люблю работать – краситься не надо, одеваться во что-то эдакое, сидишь за столом и шутишь.

Надо мне сделать программу Беллы Ахатовны Ахмадулиной. Но пугает это меня – всё же память уже не та.

– Ваш сын – историк, подрастает внук Максим. В нём театральных задатков не видно?

– Про Максима могу рассказать, что когда он у меня в гостях, то возится в комнате и всё время поёт. И мне казалось, что слух у него не очень. А моя невестка и сын водят его в театр Натальи Сац. Там разные возрастные группы, там и сын мой тоже играет. Я у него спрашиваю: ты же историк, начальник отдела, взрослый дядя, куда тебе в театр Сац?! А он отвечает, что играет Дон Кихота. Вот так судьба и настигает. Вот и внук тоже. Как-то хотела его забрать на дачу, а мне мальчишку не отдают – главная роль у него – Оливера Твиста. Мама родная!

– Вы хорошо готовите. Откуда у вас это умение?

– Как говорит моя героиня Лидия Васильевна Жербер, «замужем мне пришлось быть неоднократно». Трижды. Свекровь первого мужа учила меня, как делать борщ, как кормить мужа Алёшу, но не очень как-то дружелюбно. А вторая свекровь, мама Владимира Сошальского, наполовину армянка. Там были и пироги, и вся кавказская кухня. И гостей полон дом! С мукой у меня до сих пор не очень, а баранья нога удаётся. Но я люблю готовить не в спешке, а чтоб с толком. И кормить. Всех!

– У вас очень молодое лицо и живой характер. В чём секрет?

– Я ничего нигде не подтягивала и не буду. Всё своё. Я живу одна и люблю быть одна, люблю читать. Слежу за современными авторами. Захар Прилепин понравился.

Очень люблю ходить. Машины, слава богу, у меня нет, я стараюсь на общественный транспорт не садиться, своими двоими везде. В июле поеду на дачу, когда внука получу на лето. Но я всё же плохая бабушка, у меня спектакли, репетиции, театр…