От Большой смуты к Великому единству…
От Большой смуты к Великому единству…
01 ноября 2015 - 14:35
От Большой смуты к Великому единству… 01 ноября 2015 - 14:35
Никита Петров

Какой праздник будет отмечать Россия 4 ноября 
Суть всенародного праздника народного единства сейчас, пожалуй, известна многим. Академически это звучит так: в этот день 1612 г. воины народного ополчения под предводительством Кузьмы Минина и Дмитрия Пожарского штурмом взяли Китай-город, освободив Москву от польских интервентов, продемонстрировав образец героизма и сплочённости всего народа вне зависимости от происхождения, вероисповедания и положения в обществе.
Воззвание Минина к нижегородцам в 1611 году. К. Песков.

Смутное время 

Но вот некоторые детали событий, думаю, будут интересны нашим читателям. Уж больно много исторических параллелей можно провести между ними и весенними днями 2014 г., когда единство народов, населявших Крым, позволило исправить историческую ошибку и вернуть полуостров в лоно матери – России.

Точно так же единство народов России 400 лет назад позволило избавиться от грабивших страну интервентов и собственных предателей, верой и правдой прислуживавших своим политическим проходимцам и иностранным захватчикам.

Смутное время, начавшееся с появления весной 1605 г. в России самозванца Лжедмитрия I (в действительности – некий Григорий Отрепьев, беглый монах, выдававший себя за чудом спасшегося сына Ивана IV Грозного царевича Дмитрия) и смерти царя Бориса Годунова, продолжалось около восьми лет. Эти годы были наполнены множеством трагических, героических и донельзя запутанных событий. Государство как единое целое перестало существовать. Его грабили и рвали на части всевозможные самозванцы, предатели, интервенты и мародёры. Власть переходила из рук в руки.

В 1608–1609 гг. в стране установилось двоевластие. Один царь (Василий Шуйский) сидел в Кремле, а другой (Лжедмитрий), поддерживаемый польскими войсками, неподалёку, в подмосковном Тушине. Причём у каждого имелся и свой двор, и свой патриарх.

Время было действительно смутным, и в этой ситуации больше всего приходилось страдать обывателям, терпевшим двойной гнёт.

Э. Лисснер. Изгнание польских интервентов из Московского Кремля

Польская интервенция 

Одолеть Лжедмитрия Шуйский решил при помощи интервентов, на роль которых выбрал шведов. В феврале 1609 г. он заключил с ними договор, по которому Россия отдавала Швеции Котельскую волость. Скоро стало ясно, что, пойдя на это, Шуйский допустил непростительную политическую ошибку. Ввод на территорию России шведских войск дал им возможность захватить Новгород. Но это была только половина беды. Другая была намного страшней. Договор дал врагу Швеции польскому королю Сигизмунду III предлог для перехода к открытой интервенции. В сентябре 1609 г. его войска осадили Смоленск.

В декабре 1609 г. Сигизмунд приказал польским отрядам покинуть Тушино и идти к Смоленску. Впрочем, далеко не все поляки подчинились приказу короля. Многие вместе с Лжедмитрием ушли в Калугу. С этого момента самозванец из ставленника короля Речи Посполитой превратился в его конкурента в борьбе за московский престол. А с самим престолом творилось нечто невообразимое. 17 июля 1610 г. бояре во главе с известным рязанским воеводой Захарием Ляпуновым, мотивируя свои действия необходимостью прекратить смуту, ворвались в Кремль и потребовали от Шуйского отречься от престола. Власть перешла в руки так называемой Семибоярщины во главе с Федором Мстиславским.

Вскоре к Москве почти одновременно подошли казаки Лже­дмитрия и польская армия гетмана Станислава Жолкевского. В ситуации выбора между двух зол «Семибоярщина» отдала предпочтение полякам. Гетман пообещал боярам разбить Лжедмитрия при условии, что на московский трон будет возведён польский королевич Владислав. Согласившись на это и проведя церемонию присяги Владиславу у стен Новодевичьего монастыря, «Семибоярщина» совершила акт национального предательства, превратившись в предателей и пособников польско-литовских оккупантов.

В ночь с 20 на 21 сентября 1610 г. поляки вошли в Москву. С этого момента реальная власть в столице оказалась в руках польского гарнизона, которым сначала командовал Жолкевский, а потом – Александр Гонсевский. Поляки вели себя в Москве как в завоёванном городе, вызывая естественное возмущение российского общества.

В декабре был убит Лжедмитрий, и одним ключевым игроком стало меньше. Вопрос встал ребром: либо «Семибоярщина» и поляки доведут страну до полного распада, либо в обществе найдётся достаточное число патриотов, способных подняться на защиту Родины.

Воззвание Минина в Нижнем Новгороде. Картина К. Маковского. 1896 г.

Движение освобождения 

Неожиданно для многих активную позицию занял патриарх Гермоген, ставший рассылать по городам грамоты с призывом подняться на освобождение Москвы. Откликнулись многие. С февраля 1611 г. к столице потянулись вооружённые отряды. К середине марта здесь образовалось многочисленное народное ополчение во главе с рязанским дворянином Ляпуновым, князем Трубецким и казацким атаманом Заруцким. В его рядах было много дворян, казаков, астраханских стрельцов и ополченцев из Мурома, Вологды, Нижнего Новгорода, Суздаля, Владимира, Углича, Галича, Костромы, Ярославля.

Сражение, произошедшее 19 марта, было кровопролитным и завершилось не в пользу русских. Поляки подожгли Китай-город, вынудив ополченцев отступить от стен Кремля. Многие москвичи, лишившись жилья и продовольствия, вынуждены были уйти из города.

Но этот день дал России новое имя, прославившее себя и страну в веках. Это был воевода Дмитрий Пожарский, сражавшийся с поляками на Лубянке. Он получил несколько ран и был увезён под Нижний Новгород.

Не сумев выбить поляков из Кремля, ополченцы приступили к его осаде. Фактически с этого момента и до изгнания из Москвы поляки и «Семибоярщина» контролировали лишь Кремль и Китай-город. Осада вызвала голод в занятых ими кварталах, создав благоприятные условия для освобождения Москвы.

Осенью 1611 г. в Нижнем Новгороде началось патриотическое движение, постепенно объединившее большинство сословий в стремлении освободить страну от оккупантов. Под воздействием грамот Гермогена патриоты сошлись на том, что первоочередной задачей является очищение от захватчиков столицы и созыв Земского собора для избрания нового царя. При этом решили не приглашать на русский престол никого из зарубежных кандидатов и не выбирать царём Ивана Дмитриевича (сына Лжедмитрия).

По призыву нижегородского старосты Кузьмы Минина начало формироваться второе ополчение. Во главе его встали сам Минин и уже известный в народе князь Дмитрий Пожарский. Сборы, собранные по инициативе Минина с горожан и сельчан, дали первые денежные поступления на нужды ополчения. Кто-то роптал, но многие понимали, что деньги нужны на святое дело: речь шла о том, быть или не быть России.

Минин и Пожарский.

Вожди стали рассылать грамоты в другие города, призывая народ вступать в ополчение. В отместку за это поляки арестовали патриарха Гермогена. В начале 1612 г. он скончался от голода в польских застенках.

Кстати, современные польские политики, которые очень любят поговорить о Катыни, почему-то стараются не вспоминать не только о замученных в польских концлагерях в 1919-1922 годах десятках тысяч красно- и белогвардейцев, но и о практически совершённом ими убийстве российского патриарха…

В марте 1612 г. второе ополчение выступило из Нижнего Новгорода и направилось в Ярославль, где был образован «Совет всей Земли» – временный правительственный орган. По пути оно постоянно пополнялось людьми, вооружением, припасами. Благодаря полководческому дару Пожарского и предприимчивости Минина неорганизованные массы постепенно превращались в сильную, хорошо вооружённую армию, с которой приходилось считаться не только врагам, но и союзникам. Вскоре Трубецкой и Заруцкий вступили в переговоры с Мининым и Пожарским о согласованности действий.

Основные силы ополчения дошли до Москвы в августе 1612 г. Почти одновременно с ними к столице подошёл польский гетман Ян Ходкевич, имевший целью снять осаду Кремля и доставить туда продукты питания.

В начале месяца ополченцы получили известие о продвижении к Москве двенадцатитысячного отряда гетмана с большим обозом. Пожарский и Минин незамедлительно выслали к столице отряды М. С. Дмитриева и Лопаты-Пожарского, которые подошли к Москве соответственно 24 июля и 2 августа.

В течение трёх дней, 22, 23 и 24 августа, войска гетмана упорно пытались прорваться в Кремль. Но в итоге они понесли тяжёлые потери и были вынуждены уйти восвояси. В ходе сражения патриоты из первого и второго ополчений проявили массовый героизм, а их вожди – высокое полководческое мастерство и личную храбрость.

Эта победа предрешила судьбу польско-литовского вражеского гарнизона – отрядов полковников Струся и Будилы, засевших в Китай-городе и Кремле.

22 октября 1612 г. Китай-город был взят приступом русскими войсками, но в Кремле оставались ещё поляки. Голод там усилился до такой степени, что они начали есть человечину.

Промучившись ещё два месяца, поляки и бояре-предатели капитулировали. Москва была освобождена.