Министр экономразвития РК Наталья Чабан:  о любви к полуострову,  инвестициях и французских духах
Министр экономразвития РК Наталья Чабан: о любви к полуострову, инвестициях и французских духах
09 февраля 2018 - 13:13
Министр экономразвития РК Наталья Чабан: о любви к полуострову, инвестициях и французских духах 09 февраля 2018 - 13:13

Министр экономического развития РК Наталья Чабан рассказала о перспективных направлениях производства, а также о том, какую экономическую модель нужно реализовывать в Крыму, инвестициях и моногородах.
Министр экономического развития РК Наталья Чабан

Что было, то прошло

– Наталья Николаевна, какой, по-вашему, должна быть модель экономики Крыма? Может, надо начинать с возрождения бюджетообразующих предприятий?

– С бюджетообразующими предприятиями – это абсолютно правильно. Но касательно возрождения… Я не уверена, что всё то, что было раньше, нужно возрождать. Есть ключевые вещи, которые мы потеряли и которые нам, безусловно, нужно возрождать. Например, в сельском хозяйстве, в переработке, в производстве сельхозтехники и в целом ряде вопросов. Но есть какие-то вещи, которые не надо догонять, а нужно строить современную модель экономики и не ориентироваться только на то, что когда-то было. А есть такие вещи, когда надо садиться и очень серьёзно думать, как их делать по-новому так, чтобы мы всегда не догоняли (передовые регионы. – Ред.), а чтобы где-то были законодателями моды, лучшей практикой для страны. А мы можем в разных отраслях быть лучшей практикой. Я за такой подход. Поэтому сценарий развития экономики Крыма в любом случае должен быть инновационным, креативным. Потому что преодолеть экономический разрыв, который сегодня существует у Республики Крым с другими регионами, без творческого подхода, без рывков за счёт каких-то нестандартных решений не получится.

– Но надежда есть?

– За прошедшие годы руководство республики и Правительство Российской Федерации продемонстрировали очень много примеров нестандартных решений именно в области экономики. Я как экономист вижу, к каким результатам это приводит. Яркий пример – как у нас была сформирована свободная экономическая зона. Очень жаль, конечно, что нам не продлили льготу по фондам социального страхования. Я считаю, что очень большая заслуга СЭЗ в том, что мы за истекшие годы половину самозанятых жителей Крыма вывели из тени. Всё-таки структура экономики РК нестандартна. Если посмотрим статистику, к малому бизнесу причисляется всего 10% самозанятых. Но если прибавить к этому количество индивидуальных предпринимателей, которые в статистике выделены отдельно, то у нас структура экономики – предел мечтаний для многих регионов с точки зрения предпринимательской инициативы жителей.

– Почему?

– Потому что 54,6% всего оборота товаров формируется в малом и среднем бизнесе. И 62% населения у нас заняты в малом и среднем бизнесе. Таких показателей нет ни у одного региона Российской Федерации. Поэтому с точки зрения формирования базиса устойчивой экономической модели у нас очень хорошие стартовые позиции. Но мы не можем относиться к мерам поддержки малого и среднего предпринимательства так, как в других регионах России, где основной целью развития малого и среднего бизнеса является увеличение их количества. Нам не нужно увеличивать количество, мы должны увеличить качество – переводить предприятия из микро- в малые, из малых – в средние, из средних – в крупные. А это совсем другая модель, другие меры поддержки, подходы. И в этой ситуации Крым тоже может оказаться пилотным регионом. И мы активно ведём диалог и доказываем это и Министерству экономического развития России. Будет даже специальная секция на предстоящем Ялтинском экономическом форуме, где этому подходу постараемся уделить пристальное внимание. А именно рассматривать каждое наше предприятие как проект. Критерий успешности или неуспешности этого проекта зависит на самом деле от нескольких показателей: объём полученной прибыли, рост объёма производства и рост налоговых платежей. Это три показателя, благодаря которым можно наращивать меры поддержки предприятия. И то, что мы делаем сейчас через Фонд поддержки предпринимательства, те проекты и программы, которые за прошлый год реализовали, они были в основном жизненно необходимы.

– Что имеется в виду?

– Я считаю, что сегодня потеря нашим регионом молодёжи связана с тем, что она не понимает, нужна региону или нет. Молодой человек рассуждает: я закончу институт, где я буду работать?! Поэтому скоро у нас начнётся очень интересный проект с Крымским федеральным университетом имени Вернадского, благодаря которому, надеюсь, мы сможем показать молодёжи, что она нужна Крыму, нужна в муниципалитетах, в руководстве республики.

За кластерный подход

– Поговорим об инвестициях. Что мы имеем за три года нахождения в России, есть примеры уже реализованных и работающих на экономику Крыма инвестпроектов?

– Безусловно, такие проекты есть. Основная их доля – в агропромышленном секторе. Они связаны с высадкой виноградников, садов. Сейчас формируется достаточно мощная вертикально интегрированная структура – «Дружба народов-Нова». Я внимательно с ними общаюсь и понимаю, что они создают очень современное, интересное производство. Кроме этого, есть достаточно большое количество проектов, которые для меня, как министра экономики, являются очень ценными. Например, меховая швейная фабрика «Дуэт», которая реализует проекты в Советском районе – они выращивают различные породы ценных зверьков. Это фактически небольшое семейное предприятие, которое постепенно вырастает в достаточно известный бренд. То, что как они развиваются, это пример того, как микропредприятие превращается в более крупное. Или возьмите обувную фабрику «Зенден», которая будет основным потребителем крымской кожевенной продукции. В этом и заключается привлекательность кластерного подхода. Кластер состоит из трёх последовательных блоков: наука, производство и сбыт. Объединение без создания юридического лица и налаживание кооперации именно предприятиями, осуществляющими эти три направления в одной сфере деятельности, позволяет добиться максимальной добавленной стоимости. Когда формируется кластерный подход, тогда и малые предприятия могут заявиться своей продукцией и получить доступ к этому сегменту рынка.

– Говорят, что бизнесмены, которые хотят работать в Крыму, инвестируют в него без оглядки на санкции и прочие нюансы, а те, кто не хочет, ищут причины. Или эти причины действительно существенны?

– На самом деле я считаю, что одно из основных препятствий – проблема, связанная с качественной информацией об имуществе. Реализуя инвестиционные проекты, наши инвесторы вынуждены по два-три круга проходить, потому что каждый раз выявляются права третьих лиц, возникают какие-то акты пользования времён Украины. Это очень непростая процедура.

– А санкции?

– Санкции давно научились преодолевать. А то, что касается именно проблем, связанных с реализацией проектов непосредственно на территории Республики Крым, то в основном больше всего времени инвесторы теряют именно на этапе от принятия решения по инвестированию до этапа заключения договора аренды. Именно эта длительная процедура у многих инвесторов вызывает основное отторжение. В других регионах такого нет. Но здесь нужно понимать, что в других субъектах РФ информационная база формировалась в течение десятков лет и понимание того, кто где хозяин и владелец, там совершенно иное. В любой момент это можно проверить в кадастре.

– В прошлом году Минэкономики РК рассматривало перспективы создания текстильной фабрики в Крыму. Будет у нас такое предприятие?

– К сожалению, после встречи с представителями города Иваново больше обращений по этому вопросу не было. Но производитель текстиля с инвестиционным проектом в Керчь зашёл. Думаю, со временем у нас будет своё текстильное производство. Прядильного производства я пока в проекте не видела, там был только пошив.

Армянский неохим

– Каково в плане экономического развития будущее крымских моногородов, бывших ранее сугубо промышленными? Например, Красноперекопска и Армянска?

– С Красноперекопском всё несколько проще. Там существует достаточно большое количество предприятий малого бизнеса, которые производят и трубы полимерные, и другие виды продукции. А что касается Армянска, то пока это самая непростая история. Конечно, если бы были нормальные взаимоотношения с Украиной, то Армянск стал бы очень привлекательным именно как пограничный город. Это означало бы и оформление таможенных документов, и, соответственно, таможенные логистические склады и т. д. Такие города обычно хорошо живут за счёт приграничного статуса. Но сегодня ситуация в Армянске, к сожалению, не такая. Хотя потенциал у этого города мощный. В прошлом году я была в команде, которая разрабатывала стратегию для Армянска совместно с РАНХиГС. Руководство города и предприниматели входили в эту команду тоже. Это было ещё и коллективное творчество жителей города. Ведь то, что мы придумывали, обучаясь в Москве, по приезде мэр Армянска, скажем так, запускал в массы и получал обратную связь. И мы как бы прощупывали, насколько та или иная идея получит отклик именно среди населения Армянска. В итоге такой совместной работы мы выбрали направление развития этого города – неохим. Потому что в Армянске сконцентрировано достаточно большое количество отходов производства, которые могут перерабатываться и, в принципе, стать достаточно качественной сырьевой базой. А с другой стороны, это и решение экологической проблемы города, и проблемы занятости населения. И сейчас в этом направлении ведётся достаточно большая работа, туда пришёл интересный инвестор. К сожалению, у него возникло сейчас судебное разбирательство по правам на интеллектуальную собственность, и пока он работу по проекту приостановил. Но, надеюсь, что мы его не потеряем. Хотелось бы, чтобы у нас в республике было такое производство, а не в каком-то другом регионе России. К тому же оно предполагает порядка 400 рабочих мест. Но Армянск требует достаточно вдумчивого отношения и непростых решений с точки зрения административной и прочих.

– Считается, что курортная сфера может стать одним из главных источников наполнения бюджета Крыма. К сожалению, пока этого не происходит. Недавно в СМИ промелькнула информация о том, что 50% крымских отелей работают в тени. Санатории тоже не всегда приносят ту прибыль, которую могут. Что делать?

– Это очень серьёзная проблема, связанная с теневой занятостью населения и теневым ведением бизнеса. Но её решение – вопрос времени. Потому что российское законодательство достаточно чёткое и реализуемое. Поэтому именно в сфере теневой занятости нужно коллективное усилие не только Совета министров РК, местных органов власти, а в том числе и правоохранительных структур. Требуется найти какой-то баланс, я бы сказала, между кнутом и пряником. В любом случае необходимо дать какой-то период, в течение которого предприятия выйдут из тени. А затем уже принимать какие-то более жёсткие меры.

– Может, им надо более доходчиво это разъяснять?

– Безусловно. Нормальная разъяснительная работа должна проводиться и на уровне муниципалитетов, и на уровне правоохранительных органов, и на нашем уровне, Совета министров. И, разрабатывая сейчас стратегию туристического кластера, мы в том числе ведём достаточно подробное обсуждение того, какие меры, прежде всего стимулирующего характера, в этом плане необходимо принимать. Считаю, что СЭЗ – это была мера абсолютно стимулирующего характера. Да, мы в течение трёх лет получали меньше налогов. Но, с другой стороны, 77 тысяч самозанятых граждан мы вывели из тени. Это очень серьёзный показатель. И нам нужно эту практику продолжать, искать меры, которые будут стимулировать выход из тени. Это в том числе и льготное кредитование, и гарантийные формы финансирования в рамках кластеров и различных программ. Даже обучение является механизмом поддержки. К примеру, мы создали Центр народных художественных промыслов и были очень удивлены, узнав, что у нас полторы тысячи мастеров, которые занимаются производством продукции. Но зарегистрированных лиц с ОКВЭДАМИ, которые соответствуют декоративно-прикладным народно-художественным видам деятельности, оказалось всего 20! Поэтому мы будем заниматься организацией выставок, доступа к точкам продажи, предоставлять возможность выезда на какие-то федеральные мероприятия, в том числе и на площадки Москвы.

Самое лучшее розовое масло

– Какие ещё направления производства вы считаете перспективными?

– Я когда-то была во Франции, в городе Грассе – знаменитой столице французской парфюмерии. Мне показали карту мира, на которую нанесены все основные регионы, где выращиваются эфиромасличные культуры. И на той части, где Крым, тоже была нанесена огромная яркая звезда. Когда я спросила, почему эта территория выделена именно таким крупным знаком, мне сказали, что самое лучшее розовое масло парфюмеры Грасса получали именно из Крыма. Они их до сих пор помнят и очень сожалеют о разрыве связей. Мы, к сожалению, потеряли доступ к ведущим парфюмерным маркам. Я внимательно изучила, что необходимо для того, чтобы снова быть в их базах. Думаю, в ближайшее время мы вряд ли сможем попасть на орбиту этих крупных производителей.

– Почему?

– Там требуется наличие стабильного большого объёма производства более пяти лет. Мы пока не сможем выполнить это требование.

– Не удастся восстановить площади и объёмы производства эфироносов?

– Мы их восстанавливаем и будем делать это последовательно. Но сможем претендовать на возвращение утерянных позиций только лет через 7-8, не раньше. И то нам нужно будет очень серьёзно поработать над качеством почв и восстановлением тех самых уникальных сортов эфироносов. Я разговаривала с профессионалами в этой сфере и понимаю, что предстоит очень серьёзная работа в этом направлении. Мы её, в принципе, уже начали – обсуждаем с профильными институтами.

Крым – это любовь

– Судя по анкете на сайте правительства Крыма, вся ваша профессиональная деятельность так или иначе связана с экономикой. И назначение на эту должность случайным никак не назовеёшь.

– Я экономист до мозга костей. Действительно получаю удовольствие от того, чем всю свою жизнь занимаюсь. И прежде всего потому, что в этой профессии есть очень много созидания. Всегда стремлюсь к тому, чтобы был конкретный, осязаемый результат. Это мой жизненный принцип.

– Это обнадёживает, наверное, всех крымчан…

– Я тоже жительница Крыма. С Крымом связываю свою жизнь. Я хотела бы пенсию провести именно в Крыму. Возрождённом, модернизированном, инновационном, очень удобном для жизни, экологически чистом. Крым – это не просто некая территория. Это… любовь, наверное.