Ликбез, ликпункт и ОДН
Ликбез, ликпункт и ОДН
21 июня 2015 - 22:07
Ликбез, ликпункт и ОДН 21 июня 2015 - 22:07
Ирина Гуливатая

95 лет назад начался большой поход против безграмотности 

Слово «ликбез» известно многим. А вот откуда оно взялось, знают не все. 95 лет назад, в июне 1920‑го, Совнарком РСФСР образовал Всероссийскую чрезвычайную комиссию по ликвидации безграмотности. Для краткости её называли ВЧК ликбез, или ВЧК л/б.

Тишина должна быть в библиотеке

Безграмотность имела место быть и в царской России. Причём не только среди крестьян. Так, в одной из гимназий Таврической губернии в 1914 году решено было увеличить количество уроков русского языка, потому что «сколько ни приходилось читать писем учениц старших классов, они всегда поражали крайней безграмотностью… В письме ученицы VIII класса, окончившей курс с золотой медалью, не видали ни одной запятой. Вообще, письмо это могло произвести удручающее впечатление: русской грамматики в нём было очень мало». А по соседству, в Донской области в те же годы, как писали газеты, «участились случаи увольнения полицейских чиновников за неграмотность». При этом полицейские, чтобы скрыть то, что они даже собственную фамилию не могут написать, хитрили и подписывали документы ну очень неразборчиво: якобы почерк плохой. А в библиотеки горожане иногда ходили не почитать, а поболтать. Так, в 1913 году «Южные ведомости» писали о феодосийской библиотеке: «У нас есть городская биб­лиотека-читальня. Хорошая – спору нет. Однако некоторые порядки, существующие в ней, не совсем хороши. Библиотека – место, где должна соблюдаться известная тишина. У нас этого не признают, и во время чтения звенят и переливаются разговоры, мешая читать».

Мы – не рабы 

В первые годы советской власти безграмотных в стране было почти половина населения, а во многих губерниях и того больше. К примеру, в Ялтинском районе только около 30% населения умели читать. Поэтому постановления Всероссийской чрезвычайной комиссии по ликвидации безграмотности носили обязательный характер. Каждый населённый пункт с числом неграмотных свыше 15‑ти должен был иметь школу грамоты – ликпункт. Занятия в ликпункте должны были научить читать печатный и письменный шрифты; делать краткие записи, необходимые в жизни и служебных делах; читать и записывать числа, проценты, разбираться в диа­граммах и схемах. Срок обучения составлял 3–7 месяцев, по 6–8 часов в неделю. В 26 губерниях были созданы курсы учителей-ликвидаторов неграмотности. В 1920–1924 годах вышли два издания первого советского букваря для взрослых – именно в них впервые появились такие лозунги, как «Мы – не рабы, рабы – немы» (безгласны. – Ред.). Кстати, часть букварей была напечатана за рубежом с оплатой из валютных фондов республики. В 1923 году было создано Всероссийское добровольное общество «Долой неграмотность!» – ОДН. Всего в 1917–1927 годах было обучено грамоте до 10 млн взрослых. Однако в целом СССР занимал по уровню грамотности сравнительно с другими странами Европы лишь 19‑е место.

 

Марфуша с рецидивом 

Борьба с безграмотностью велась сурово – в декрете ВЧК говорилось: «Уклоняющиеся от установленных настоящим декретом повинностей и препятствующие неграмотным посещать школы привлекаются к уголовной ответственности». Явка на занятия в ликпунты была обязательна для лиц от 14 до 50 лет. Освобождались от занятий только, цитируем, «а) единственный хозяин или хозяйка в семье, б) больные, имеющие медицинское свидетельство от врача или удостоверение от местного сельсовета на время болезни, в) дефективные, г) лица, привлечённые к выполнению общественных повинностей, д) беременные женщины за три месяца до родов, е) матери, имеющие грудных детей до 1 года». 

Насильственные методы давали не самые лучшие результаты. Распространённым явлением была так называемая возвратная неграмотность: люди, научившись в ликпунктах читать и писать, затем возвращались к своей привычной жизни, в которой не было ни книг, ни газет, ни писем – и довольно быстро теряли все приобретённые навыки. Надежда Крупская в 1929 году на II съезде ОДН вспоминала рассказ одного ликвидатора неграмотности: «У меня была ученица Марфуша. Эта Марфуша была лучшей ученицей, проучилась три года. И вот прошло несколько лет. Марфуша выходит замуж. Надо расписаться. И вдруг оказывается, эта Марфуша, которая писала, соблюдая все знаки препинания, литературно уже писала, не может подписать своей фамилии – такой рецидив безграмотности».

Результаты переписи населения, проведённой в 1937 году, оказались печальны: 26% граждан СССР не умели ни читать, ни писать. Из-за этих цифр (а также данных о численности и религиозности населения) перепись объявили вредительской, а её результаты засекретили. Во время переписи 1939 года в число грамотных записали всех, кто мог едва расписываться, и объявили, что в стране 90% грамотных. На самом же деле с безграмотностью боролись вплоть до конца 1950‑х.

Фото: propagandahistory.ru