Крымская история друга Пушкина и героя Отечественной войны 1812 года Николая Раевского
Крымская история друга Пушкина и героя Отечественной войны 1812 года Николая Раевского
21 октября 2021 - 13:07 Фото: Кирилл Белозеров
Крымская история друга Пушкина и героя Отечественной войны 1812 года Николая Раевского 21 октября 2021 - 13:07
Кирилл Белозеров

 

Нынешней осенью отмечают 250-летие со дня рождения героя Отечественной войны 1812 года, старшего друга и наставника Пушкина Николая Раевского.

«ГОВОРЮ КАК СОЛДАТ»

Николай Раевский участвовал во всех войнах, которые вела Российская империя в конце XVIII – первой четверти XIX столетия. Отличился генерал в Отечественной войне 1812 года. В сражении у села Салтановка под Могилёвом командир корпуса лично повёл в атаку солдат, они сломили сопротивление врага. Легенда гласит, что в решающий момент рядом с отцом шли двое его детей: 16-летний Александр и 10-летний Николай. Более того, старший сын подхватил знамя, выпавшее из рук убитого знаменосца.

В сражении при с. Бородино батарею Раевского назвали «ключом Бородинской позиции» и «могилой французской кавалерии».

Однако 30 лет безупречной службы, проведённые в тяжких боях и трудных походах, давали о себе знать всё больше. А человеческая природа такова, что каким бы прославленным ни был воин, в глубине души он лелеет надежду о спокойной, мирной жизни. Так случилось и с генералом Раевским. Он начал воплощать свою мечту на Южном берегу Крыма, занимаясь обустройством имения, названного им «Тессели». В этом слове Николай Николаевич увековечил память о впечатлившей его истории большой и дружной семьи ван Тесселей – персонажах новеллы Вашингтона Ирвинга «Сонная лощина».

Художник-баталист Николай Самокиш, наш земляк, увековечил подвиг солдат Раевского под Салтановкой.

«СТОРОНА ВАЖНАЯ И ЗАПУЩЕННАЯ»

Крым в начале XIX века и правда представлял «сонное царство», всколыхнуть которое было непросто. Таврическая губерния остро нуждалась в деятельных и толковых реформаторах, таких как Раевский и его сподвижники. Николай Николаевич понимал, что обустройство «стороны важной и запущенной» продолжит подрастающее поколение, способное оценить величие, красоту и пользу этой земли.

Стремясь показать детям «полуденную страну», в конце лета 1820 года глава семьи предпринял большую поездку по Крыму. Компанию сыну и дочерям составил начинающий поэт Александр Пушкин. Он переживал не лучшие дни. Сочинение «возмутительных стихов» привело к неприятностям по службе, и многоопытный Раевский решил взять юное дарование под опеку и покровительство. Общество знаменитого воина, его умного сына и очаровательных дочерей оказало на Александра сильнейшее благотворное влияние.

«УЗАМИ ДРУЖБЫ И БЛАГОДАРНОСТИ СВЯЗАН Я…»

В письме брату Пушкин признаётся: «Мой друг, счастливейшие минуты жизни моей провёл я посереди семейства почтенного Раевского. Я не видел в нём героя, славу русского войска, я в нём любил человека с ясным умом, с простой, прекрасной душой; снисходительного, попечительного друга, всегда милого, ласкового хозяина. Свидетель Екатерининского века, памятник двенадцатого года, человек без предрассудков, с сильным характером и чувствительный, он невольно привяжет к себе всякого, кто только достоин понимать и ценить его высокие качества».

А вот ещё: «Суди, был ли я счастлив: свободная, беспечная жизнь в кругу милого семейства; жизнь, которую я так люблю и которой никогда не наслаждался, – счастливое, полуденное небо; прелестный край; природа, удовлетворяющая воображение, горы, сады, море; друг мой, любимая моя надежда – увидеть опять полуденный берег и семейство Раевского».

Поскольку дом в «Тессели» ещё только строился, генерал воспользовался предложением своего друга де Ришелье и обосновался в его гурзуфском имении.

Общее впечатление и важные детали, связанные с пребыванием Пушкина и его друзей на крымской земле, прекрасно передаёт экспозиция Музея Пушкина в Гурзуфе. Прижизненные издания и страницы пушкинского дневника, который он вёл в Крыму, приоткрывают завесу над тайнами творчества. Подлинные бытовые предметы той поры позволяют увидеть обстановку, в которой формировался поэт и гражданин.

Дом де Ришелье в Гурзуфе стал пристанищем семьи Раевских во время путешествия по Крыму в 1820 году

«СОКРЫТЫЙ МЕЖ ОЛИВ…»

Яркими памятниками созидательной деятельности Раевских на крымской земле стали парки «Айвазовское» и «Карасан» в Партените, на территории Большой Алушты. Обустройством имений занимались уже сыновья и внуки «почтенного Раевского». По семейной традиции все они были Николаи Николаевичи.

В парке «Айвазовское» привлекает внимание бронзовая скульптура, изображающая присевшего на выступ скалы молодого человека. Мундир с эполетами выдаёт военного, в руке у него пухлая записная книжка (а может, томик Пушкина?). Надо полагать, это обобщённый образ плеяды Раевских, давшей России немало верных сынов, прославившихся и на поле брани, и в мирных земледельческих трудах.

Память о генерале Раевском сохраняет Музей Пушкина в Гурзуфе.

«СТРАСТНЫЙ БОТАНИК И САДОВОД»

Уникальный памятник истории и природы, связанный с именем Раевских, можно увидеть в центре Симферополя.

Во дворе одного из домов по улице Пушкина растёт очень старая шелковица. Она хорошо помнит первых хозяев обширного дома. В начале XIX века усадьба принадлежала генералу Михаилу Бороздину. Его дочь Анна в 1839 году вышла замуж за Николая Раевского-второго, друга юности Пушкина, и получила симферопольское домовладение в качестве приданого. Супруги проводили много времени в имении «Карасан» на Южном берегу, где Николай Николаевич плодотворно занимался садоводством и виноградарством. Очевидно, в тот период было посажено «семейное дерево» и в Симферополе. Внимательный взгляд заметит, что изначально были посажены два ростка. Может быть, они носили имена Николая и Анны?

Замечательный объект, связанный с «преобразователями земли Крымской», давно нуждается в заботе и охране. Недавний слух о том, что дерево предполагается к сносу как аварийное, породил волну справедливого возмущения горожан. Симферопольские общественники добились, чтобы тутовнику была проведена санитарная обрезка, установлена информационная табличка, готовятся документы о придании исторической шелковице государственного статуса памятника живой природы.

«Не себе, а Родине!»: в Гурзуфе восстанавливают память об основателе курорта Петре Губонине >>