Жил был мальчик…
Жил был мальчик…
18 сентября 2015 - 18:03
Жил был мальчик… 18 сентября 2015 - 18:03
Татьяна Шевченко

 

Кто защитит ребёнка от агрессивной бабушки, приезжающей с Украины 
Когда распадается семья, родные раньше люди вступают в борьбу за право жить и видеться с ребёнком. Но в нашей истории мальчик оказался полной сиротой, потеряв и мать, и отца. Живёт у одной бабушки-опекуна, а вторая терроризирует и ребёнка, и бабушку. Правоохранители не вмешиваются…
Фото: topwar.ru

Семейные обстоятельства 

Раньше у Вани была настоящая семья: папа и мама, две бабушки, жили все в одном посёлке на Кировоградщине. Молодая мама вновь забеременела, и у мальчика мог появиться брат или сестричка. Но случилось так, что мама на шестом месяце беременности… умерла. Врачи установили, что у молодой женщины отказали почки. Впрочем, история с её смертью, скажем так, мутная – доктора не обратили внимания на две большие гематомы на голове, да и близкие родственники старались отчего-то не пускать мать умершей к телу, пока его не увезут в морг.

В общем, в возрасте чуть больше года Ванечка остался наполовину сиротой. Бабушка Оля, потеряв дочь, хотела было забрать ребёнка к себе, но через полгода после потери жены её зять сошёлся с женщиной – и Ваню взяли в семью отца. Впрочем, и там мальчик пробыл недолго – семья не сложилась, и он снова оказался у бабушки, перебывав перед этим у нескольких родственников «на постое», пока Ольга Пашковская не приехала за ним из Крыма. Незадолго до этого женщина переехала сюда, в посёлок Малореченское, где и работу нашла, да и личная жизнь у одинокой до этого бабушки (чуть больше сорока лет) стала складываться.

Она решила взять Ваню с собой. Зять, так и не создавший новую семью, согласился отдать мальчика тёще и даже написал расписку, что не возражает, чтобы он жил в Крыму до 1 июня 2013 года.

Что случилось потом, трудно понять, но до этого срока отец мальчика не дожил: работая ночным охранником на предприятии, повесился прямо на рабочем месте. Ваня осиротел полностью. Заметим, что у мальчика была ещё одна бабушка, там, на Кировоградщине, но брать внука к себе она не собиралась.

Конец идиллии 

Понимая, что решать статус внука нужно, Ольга отправляется в свой посёлок на Украине, где добивается того, чтобы стать опекуном враз осиротевшего внука. И распоряжением главы местной райгосадминистрации за ней закрепляют опеку. Кто не знает обязанностей опекуна, пусть лучше и не знает – женщина должна отчитываться за всё, от игрушек до еды в холодильнике. Таков закон.

Надо сказать, что такое детство с неприятными событиями, которые, впрочем, маленький Ваня не совсем осознавал, конечно же, наложило отпечаток на ребёнка. Он слишком активный, ему требуется помощь логопеда, Ольга возит его на занятия со специалистом в Алушту. А сама вышла замуж, работает социальным работником, обслуживая одиноких пенсионеров – покупает им продукты и лекарства, кормит и убирает в квартирах.

Но пару лет назад эта почти идиллия вдруг в одночасье рухнула – в Малореченское приехала вторая бабушка Вани, Вера. То ли внука проведать, то ли на море отдохнуть – женщина сняла жильё на побережье и стала буквально преследовать Ольгу и мальчика. Сначала Ольга хотела, чтобы всё было по-хорошему, хотя отпускать мальчика с бабушкой Верой одного не рисковала – та не раз лечилась в спецбольнице и вела себя неадекватно. Так случилось и в этот раз: пошли вместе на море, а там на неё что-то нашло, она побила Ольгу, что-то невнятное кричала на весь пляж. В общем, отдохнули…

Бабушка прожила в Крыму несколько месяцев, за это время успела неоднократно поскандалить в детском саду, куда ходит Ваня, нападала на Ольгу, писала письма во все инстанции, что мальчика следует отдать ей. В дом к Ольге стала ходить комиссия за комиссией, проверяли, чем кормят Ваню, в каких условиях он живёт, во что одет, с какими игрушками играет. Потому что в своих жалобах вторая бабушка писала, что семья Ольги живёт на Ванину пенсию, что мальчик спит в сарае, и так далее.

«В ходе проведения проверки …» 

Наконец бабушка с Кировоградщины отправилась домой, и наступило некоторое спокойствие – Ваня перестал испуганно оглядываться по сторонам, а Ольга передохнула от визитов комиссий. Но ненадолго: в апреле этого уже года баба Вера возвращается. И всё начинается по новой – женщина никуда не отпускает внука одного, потому что на него сразу же набрасывается вторая бабушка с невнятными претензиями. Опять она зачастила и в детский сад (каждый день!), стала и там устраивать скандалы, не скрывая своих намерений увезти Ваню на Украину. Дошло до того, что родители написали коллективное заявление участковому, чтобы он оградил их, воспитателей и детей от таких посещений.

Баба Вера умудрилась даже избить Ольгу, о чём та написала заявление в милицию, но в возбуждении уголовного дела ей отказали – мол, доказательств мало. А вот опросить предполагаемую виновницу возможности не представилось, поскольку (цитируем) «в ходе проведения проверки проведены мероприятия, направленные на установление места нахождения гражданки К., в ходе проведения которых установить фактическое место проживания… не представилось возможным».

Подобных документов у Ольги (теперь уже Скородинской) то ли три, то ли четыре. Правоохранители совсем не желают никуда вмешиваться, тем более в семейные разборки. Но оградить женщину и пятилетнего мальчика от нападений неадекватной гражданки всё же обязаны, по крайней мере, закон для этого и существует. Впрочем, один раз в полиции сотрудник Ольге недвусмысленно пояснил – мол, нет тела, нет и дела. Так что же, ждать теперь, когда женщину изобьют и искалечат? Отметим, кстати, что за это бабушке Вере ничего и не будет – в спецбольнице она лежала неоднократно как раз с таким диагнозом, с которым не судят.