Жестокий март у Балатона
Жестокий март у Балатона
01 апреля 2015 - 20:03
Жестокий март у Балатона 01 апреля 2015 - 20:03
Никита Петров

 

Одно из самых красивых мест Европы стало плацдармом для жестоких боев. Германия потеряла здесь всю танковую армию

После взятия Будапешта Красной армии вновь пришлось обороняться. Бои шли в одном из красивейших мест Восточной Европы – у озера Балатон, любимом месте отдыха не только венгров.

Второе по концентрации танковых сил

Именно в этих местах в марте 1945 года фашистская Германия, уже на издыхании, решилась нанести свой последний танковый удар, последний, как потом оказалось, во всей Второй мировой войне. Гитлер планировал решить сразу несколько стратегических задач: во-первых, перекрыть путь войскам Красной армии в Австрию и в южные районы Германии, во-вторых, отстоять последние месторождения нефти, еще остающиеся под контролем. 

После Курского сражения бой в районе Балатона стал вторым с такой концентрацией  танковых сил на столь узком участке фронта. 

Немецкой армаде противостоял 3-й Украинский фронт. Силы сторон были почти равны, однако в танках у немцев было ощутимое превосходство, против наших 400 танков и САУ – почти 900 немецких танков и штурмовых орудий.

В то же время германская разведка предприняла масштабный вброс дезинформации. Например, наше верховное командование непосредственно от западных союзников получило сведения, якобы немцы начали переброску 6-й танковой армии в Померанию. Утром 6 марта немцы начали наступление с нанесения ударов на второстепенных направлениях: против болгарских и югославских войск, а также 57-й советской армии, Свой главный удар немецкие войска нанесли между озёрами Веленце и Балатон: на некоторых участках фронта шириной 1,5-2 км в атаках одновременно участвовали до 70 танков и штурмовых орудий. К концу дня фашисты продвинулись на  4 км. Маневрируя вдоль фронта, немецкое командование искало слабые места в обороне советских войск.  

Утром 8 марта в сражение вступили основные силы 6-й танковой армии СС и 6-я полевая армия, сосредотачивая по 40-50 танков и штурмовых орудий на километр фронта, а в дальнейшем  по 100 и более тяжёлых танков.  Однако и советские войска стояли насмерть. 

Бои не стихали круглые сутки. Немцы наступали  даже ночью, используя приборы ночного видения. В ответ советская артиллерия широко применяла осветительные снаряды и ракеты. В результате за 5 дней наступления немецким войскам хотя и удалось проломить главную и вторую полосы обороны, но ценой потерь, поставивших их на грань поражения. 

Вводить в прорыв было просто некого, резервы  отсутствовали, на завершающем этапе сражения отдельные пехотные части немцев даже начали самовольное отступление. И только танкисты войск СС до самого конца  вели бои, прикрывая отход своих пехотных дивизий. 

«Ожесточение было велико»

За десять дней ожесточённых боев атакующим удалось продвинуться вперед на 15-30 км. Однако сопротивление советских солдат, сильная противотанковая оборона не позволили немцам прорваться к Дунаю. Жестокость с обеих сторон была невероятной. Пехотинец Соломон Шоп, потерявший во время оккупации Крыма всю семью, вспоминал: «Ожесточение было велико. Надо это понять. Была война, фронт, передовая, бой. Бой… из которого мы только вышли. Или – ещё не вышли… Плечо моё было раздроблено. По рукаву стекала кровь. Было больно – за себя, за всех и за всё».

В этом сражении главную роль сыграли самоходные орудия и противотанковая артиллерия: из уничтоженных более 500 вражеских танков 389 – поражены снарядами из противотанковых орудий или САУ. Только одна «пантера» была сожжена нашими пехотинцами, как в начале 1941 года, –  бутылками с зажигательной смесью. И уничтожил «пантеру» крымчанин, рядовой пехоты Сигизмунд Андриевский: «Танк мимо ямы прошёл, оставалось до него метров 12, тогда я кинул бутылку и попал прямо в трансмиссию, когда бутылка разбивается, огонь образуется температурой в 1000 градусов. Танк сразу воспламенился, внутри все разогрелось, экипажу дышать невозможно, поэтому фрицы начали вылезать из люков, тогда я их из автомата всех расстрелял. За танк мне дали орден Красной Звезды».  

Потери оказались напрасными

Авантюризм германского командования был налицо: немцы не имели необходимых резервов для развития успеха. Понесённые ими потери – свыше 40 тысяч человек, по сути, оказались напрасными, и уже 15 марта немецкие войска прекратили  наступление. 

Генерал-фельдмаршал Гудериан  назвал сражение у Балатона могилой танковых войск Германии. Потери в 500 танков и штурмовых орудий стали невосполнимыми. 

Потери 3-го Украинского фронта тоже были существенными  –  32 899 человек, из которых  погибли 8492. После короткой оперативной паузы Красная Армия продолжила своё наступление.