Главный керченский «бугор»
Главный керченский «бугор»
27 марта 2016 - 22:02
Главный керченский «бугор» 27 марта 2016 - 22:02
Ирина Гуливатая

 

На Митридате сто лет назад искали золото и сажали деревья 
Гора Митридат, возвышающаяся над Керчью, уже давно стала символом города, его душой и сердцем. На вершину Митридата ведут 436 ступеней знаменитой лестницы, сюда приходят полюбоваться Керчью и почтить память тех, кто отдал свои жизни, защищая город и Крым в Великой Отечественной войне. Средоточием городской жизни была гора и сто, и двести лет назад, и подчас здесь кипели нешуточные страсти.
Большая Митридатская лестница. Фото: foto-history.livejournal.com

Промысел «счастливчиков» 

Как отмечал английский учёный XIX века, «ни в каком другом месте Крыма путешественник не встретит, вероятно, такого количества древностей, как в Керчи». Эти древности, концентрирующиеся на Митридате и вокруг него, были предметом интереса не только историков и археологов, но и простых горожан. Правда, интереса специфического. Местные жители, прозаично называвшие Митридат «бугром», использовали камень древних уникальных построек для строительства и ремонта своих жилищ, делали из мраморных плит ступени перед дверями домов, украшали свои стены греческими барельефами, не понимая их действительной ценности. Грабители древних могил искали в них драгоценности. Гробокопателей почему-то называли «счастливчиками» (хотя везло им далеко не всегда). Некоторые занимались этим постоянно, а некоторые вливались в ряды «счастливчиков» лишь время от времени.

Справочная «Газеты» 
В честь царя 

Гора Митридат названа так в честь царя Митридата VI Евпатора. Во времена его правления Керчь именовалась Пантикапеем, была столицей Боспорского царства, во главе которого и стоял Митридат. Гору опоясывали стены, над ней возвышалось царское жилище, на склонах располагались жилые дома. Митридат был сказочно богат, и, если верить легенде, его главное сокровище всё ещё спрятано где-то в недрах горы, носящей имя царя

 

«В зимние месяцы, когда рыбаки оставались без работы, многие из них отправлялись на особый промысел – искать клады, – писал в своих мемуарах известный советский клоун Пётр Тарахно, выросший в Керчи в семье рыбака. – Найдя место на земле, где при ударе швайкой – так называли у нас большой напильник с деревянной рукояткой – раздавался гул, определяли гробницу. Прокопав с пол-аршина вглубь, смотрели, не смешивается ли земля с глиной. Если нет, значит, здесь ещё никто не был и можно продолжать. Работа была не из лёгких. Не говоря о том, что нужна была твёрдая воля и крепкие нервы, копать приходилось на глубину трёх-четырёх метров и разбивать затвердевшую глину. На такую операцию шли обычно два-три человека, не больше. С вечера готовили лопаты, кирку, свечи, фонарь и толстую веревку. Гробницы опустошали в течение многих веков, рассказы о «счастливчиках», их ремесло, навыки и приёмы переходили из поколения в поколение. Местные власти вроде и не препятствовали такому промыслу, но держали официальных надсмотрщиков. Те налетали на «счастливчиков», хватали за шиворот и сажали «на высидку». Держали несколько дней, а в это время сами «дорабатывали» раскоп. Что-то отдавали в казну, но не забывали и себя. Преданиями и легендами о мгновенном обогащении полны были разговоры керчан, и многие мечтали попытать счастья».

Керчь и гора Митридат. Фото: photo.qip.ru

Место отдохновения 

В начале ХХ века у Митридата была дурная репутация: здесь собиралась горячая публика, часто вспыхивали ссоры, драки, и, как писали газеты, «гуляющие, тем более женщины, опасались туда подыматься не только ночью, но и днём». Однако городские власти решительно взялись за дело – и за пару лет Митридат преобразился, стал «культурным уголком», «местом отдохновения, прогулок не только для молодых, но и стариков».

«Всюду насаждения, масса зелени, молодые деревья, вопреки предсказаниям, в большинстве принялись и покрылись листьями; всюду скамейки; дорожки по всем направлениям хорошо утрамбованы; подъём на вершину лёгкий и очень живописный. На месте дикой и крутой тропинки, ведущей с главной Спицинской улицы и до вершины, делавшейся непроходимой после дождя, теперь вьётся красивая каменная лестница. Теперь гуляющие осмеливаются подыматься туда поздно ночью, и, к удивлению всех, ночное восхождение оканчивается вполне благополучно. На самой вершине Митридата установлен пост стражника», – писал «Крымский курортный листок» в 1912 году. Но озеленением Митридата (которым, кстати, занимались учащиеся торговой школы) дело не закончилось. В 1914‑м на вершине оборудовали ещё и площадки для игры в футбол (он как раз вошёл в моду) и теннис. А бывшая военная церковь на горе Митридат была передана в ведение одесского археологического общества для устройства в ней музея древностей.

Раскопки античных гробниц на Митридате. Фото: archikerch.narod.ru

Впрочем, сокровища из недр горы добывали по-прежнему, а иногда они просто сами шли в руки. Пресса писала: «Керченский домовладелец М. Н. Франгопуло, живущий на одной из средних улиц по горе Митридат, производя закладку фундамента нового дома, открыл каменную дверь в какой-то погреб. Дверь представляла собой плиту со стёршейся от времени головой льва, держащего в пасти железное заржавевшее кольцо. Когда плита была поднята, под нею открылась лестница, состоящая из 30-40 каменных ступеней, ведущих в квадратный цементированный склеп, в котором найдены плиты с греческими надписями, мраморная статуя Деметры в натуральную величину, несколько серебряных, бронзовых и одна золотая ваза, ваза из глины, наполненная золотыми и серебряными монетами времён Митридата». Правда, всё найденное было передано в дар московскому Историческому музею, а вот склеп рачительный домовладелец пожелал «использовать для своих хозяйственных надобностей, так как он и до сей поры очень прочен и удобен».

Городские легенды 

 

Разбогатевший водовоз 

Одним из самых богатых жителей дореволюционной Керчи был Константин Иванович Месаксуди. Хозяин прибыльной табачной фабрики, он имел внушительные счета во многих (в том числе и заграничных) банках, владел земельными участками и домами по всему Крыму. При этом история его коммерческого успеха вполне укладывалась в формулу «из грязи в князи» – начинал Месаксуди простым водовозом. Официально считалось, что он удачно занялся торговлей, в том числе торговлей табаком, что позволило ему в дальнейшем основать табачную фабрику. Однако злые языки поговаривали, что свой стартовый капитал керченский миллионер добыл на раскопках античного некрополя.