Дмитрий Полонский: Нужно решать конкретные проблемы конкретных граждан в конкретном регионе!
Дмитрий Полонский: Нужно решать конкретные проблемы конкретных граждан в конкретном регионе!
13 марта 2019 - 11:11
Дмитрий Полонский: Нужно решать конкретные проблемы конкретных граждан в конкретном регионе! 13 марта 2019 - 11:11
Елена Гоголева
Каковы цели и результаты так называемого административного террора? Сколько зарабатывают госслужащие? И как изменилось качество связи за последние годы? Ответы на эти и другие вопросы читайте в откровенном интервью вице-премьера Крыма Дмитрия Полонского.

Обнажить болевые точки

– Что показала недавняя инициатива «Мониторим вместе» по проверке качества оказания социальных услуг?

– Мы проводили эту акцию сов­местно с Министерством экономического развития РК. Мы организовывали непосредственно все пункты опроса, а анализ информации был уже на Мин­эке. И когда на Совмине огласили итоговый отчёт, мы увидели, что достаточно высокий уровень оценки власти с точки зрения оказания государственных и муниципальных услуг. Но эта история не равномерна по территории Крыма. Есть регионы, где относительно провальная ситуация, есть регионы-отличники. Есть ведомства, в которых всё хорошо, есть ведомства, которым ещё надо поработать… Но Сергей Валерьевич (Аксёнов, глава Крыма. – Ред.) абсолютно правильно и чётко обозначил задачу: 100% наших граждан должны быть довольны качеством услуг. Да, это непросто, но нужно к этому стремиться.

– Какие сферы вызывают больше всего нареканий по результатам мониторинга?

– Прежде всего это здравоохранение и ЖКХ; это самые разные государственные и муниципальные услуги. Но я бы здесь хотел сделать акцент на том, что наши граждане больше обращают внимание на некачественное оказание услуг муниципальными органами власти. То есть с точки зрения государственных республиканских органов всё более-менее стабильно, там более 80% удовлетворённость. Но в отдельных регионах наблюдается крайне низкая оценка оказания именно муниципальных услуг. Соответственно, на муниципальный уровень нам сейчас надо будет обратить внимание.

– А выборка какая была?

– Было опрошено более 11 тысяч человек. Это очень много. Для сравнения хочу сказать, что стандартные социологические опросы, которые проводят на территории Крыма, как правило, охватывают от 600 до полутора тысяч респондентов. Мы опросили более 11 тысяч. Погрешность в такой выборке крайне низкая. Поэтому можем говорить, что данные акции «Мониторим вместе» практически со стопроцентным попаданием.

– Акция обнажила многие проблемы в сфере оказания услуг. А как проявила себя система МФЦ? Как она сегодня работает?

– Наши опросы показали, что наибольшую удовлетворённость крымчан вызывает именно работа нашей сети многофункциональных центров. Её мы создали в республике стахановскими темпами, причём с нуля. Аналога при Украине не было, была лишь профанация работы по принципу единого окна. И новые здания, и комфортные помещения, и обученные сотрудники, которые квалифицированно, вежливо, с улыбкой работают с гражданами, – всё это, конечно, создаёт настроение. Но главное – решается задача «отодвинуть» чиновника от человека. В хорошем смысле этого слова. Исключить личный контакт, чтобы не появилось никакой личной заинтересованности. Ведь гражданин приходит за решением своей проблемы и нуждается в том, чтобы эта проблема была в чётко предусмотренный регламентом срок решена или был дан мотивированный отказ в предоставлении той или иной услуги.

Сегодня сеть МФЦ покрывает весь Крым. Изначально правительство ставило перед нами задачу – охватить 90% населения республики. Сегодня это уже 94%. Скоро появятся два дополнительных МФЦ – достраиваем их в Евпатории и Керчи. Мы поставили перед собой задачу, чтобы 100% жителей Крыма были охвачены этими услугами. А так называемые удалённые окна, которые располагаются в каждом сельском поселении, обеспечивают доступность услуг МФЦ во всех населённых пунктах полуострова.

Тут надо различать, что сами МФЦ ни государственных, ни муниципальных услуг не оказывают. Они являются агрегаторами, посредниками между органами власти и гражданами. И по итогам акции «Мониторим вместе» мы выявили ряд муниципалитетов, которые плохо работали с точки зрения передачи функций по предоставлению услуг в МФЦ. По этим регионам мы сейчас отдельно дорабатываем. Главы муниципальных образований позитивно настроены. Надеюсь, исправим ситуацию.

 

Ноу-хау крымской власти

– Во внутренней политике республики сегодня появилось ноу-хау – так называемый административный террор. Есть ли эффект или это просто такая PR-кампания?

– Мы ничего не делаем просто ради PR. И, конечно, эти акции, эти выезды направлены прежде всего на то, чтобы решить конкретные проблемы. Если вы обратили внимание, во всех этих мероприятиях принимают участие обычные граждане. Они имеют возможность прийти туда и задать все свои вопросы. Конечно, у местных администраций всегда есть соблазн заполнить зал, условно говоря, своими людьми – теми, с которыми они работают, где-то как-то пересекаются… Конечно, ждать объективной картины от них не приходится. Поэтому мы следим, чтобы такого не было. Списки внимательно изучаются, оценивается количество жалоб, которые поступают в социальные сети и по линии работы с обращениями граждан, – и зал наполняется людьми, поднимающими реальные проблемы.

Подобные совещания проходят достаточно жёстко. Глава республики, как никто другой, всегда открыто говорит о любых проблемах, вскрывает их, даёт на орехи тем, кто допускает какие-то нарушения. А главное – по итогам принимаются конкретные решения: нерадивые чиновники увольняются, даётся старт или дополнительное ускорение решению многих проблем, которые до этого не решались. Главная задача – не просто посидеть в прямом эфире и поговорить непонятно о чём. Нужно решать конкретные проблемы конкретных граждан в конкретном регионе! То есть самая главная задача – решать в постоянном режиме конкретные задачи и удовлетворять конкретные чаяния наших граждан.

По итогам «административного террора» (этот термин ввёл глава республики) в некоторых регионах полностью перезагружена и поменялась власть. Это и Симферополь, и Феодосия. Некоторые кадровые решения были приняты по итогам посещения Керчи. Поэтому это, конечно, достаточно серьёзный и мощный импульс для того, чтобы наши региональные власти стали более активно и эффективно работать. По итогам каждого такого выездного совещания оформляется перечень поручений главы, и он берётся на жёсткий контроль.

– Для реализации майских указов, национальных проектов и других поручений Президента РФ, высказанных в его Послании к Федеральному Собранию, необходимы кадры на местах. Но где взять грамотных и честных слуг народа?

– Эта проблема, как и любая другая, имеет две стороны. Если мы говорим о кадровом голоде (а он есть), необходима прежде всего система подготовки кадров. Это и эффективная работа наших учебных заведений, и прохождение практики, и работа по подбору кадров исполнительными органами власти, и т. д. В Совете министров проделали в этом отношении очень большую работу. Проводятся самые разные конкурсы, где присматриваемся к этим кадрам. Мы очень плотно сотрудничаем с учебными заведениями, ищем молодых людей. В этом плане наша работа приобрела должный и нужный характер. Но при этом остаётся вопрос качества подготовки этих специалистов. Ну и самый главный вопрос – это вопрос мотивации государственных и муниципальных служащих. К сожалению, очень часто муссируется тема, что чиновники – это какие-то самые высокооплачиваемые люди, обладающие сногсшибательными благами и возможностями, которых не имеют обычные граждане. На самом деле это не так. Большинство государственных и муниципальных служащих – это достаточно низкооплачиваемый сегмент трудящихся.

– Может, стоит просто поднять им зарплату – и проблема кадрового голода будет решена?

– Безусловно, это главная задача, над которой нам предстоит работать. Но здесь важно и поработать с общественным мнением. Потому что любое повышение зарплаты государственным или муниципальным служащим не всегда вызывает положительную реакцию граждан. Но граждане должны понимать, что зачастую уровень зарплаты таких специалистов ниже (и намного ниже!) тех, кто работает в коммерческом секторе. Поэтому мы и наблюдаем отток грамотных специалистов. Есть программы, которые призваны их удержать. Это и программа по профессиональному росту, чтобы люди могли учиться. И программы, которые сейчас разрабатываются по поручению Сергея Валерьевича, связанные с предоставлением жилья, с получением медицинской помощи, и так далее. В целом надо понимать, что служащие – такие же люди, как и все остальные. С такими же проблемами, с такими же задачами. Но при этом с несоизмеримо большим уровнем ответственности за принятые решения. Поэтому не ругать их надо, а, наоборот, поддерживать! Но это абсолютно не исключает программ и действий, направленных на борьбу с коррупцией, на повышение качества и эффективности работы государственных служащих при предоставлении государственных или муниципальных услуг. Эти проблемы параллельны, и решать их надо параллельно.

 

Сапожник без сапог

– Вы курируете информационную политику, но сами не особо активны в социальных сетях. Почему так?

– Есть такое всем известное выражение – сапожник без сапог. У меня есть аккаунты в социальных сетях, но иногда на них просто не хватает времени. Впрочем, не думаю, что это каким-то образом мешает моей публичности. Я достаточно активен и открыт для представителей всех средств массовой информации, в общем-то, свою позицию регулярно доношу при помощи других инструментов.

– Если вы не ведёте странички в социальных сетях, то активно их читаете. Недавно даже выиграли суд о защите чести и достоинства у одного из телеграм-блогеров…

– Это так. Гражданин, о котором идёт речь, неоднократно допускал клеветнические высказывания в мой адрес и в адрес моих коллег. И я в соответствии с демократическим порядком обратился в суд. Прошёл весь необходимый правовой путь, все процедуры. Суды были выиграны. Судебное решение вступило в законную силу. При этом ответчик до этого момента судебное решение не выполнил. Были устроены какие-то цирковые показательные выступления по сбору средств, которые были заявлены в иске. По решению суда он должен выплатить определённую сумму компенсации, но главное не это, а опровержение лжи, высказанной в мой адрес. Я изначально говорил, что компенсацию, которая истребуется в судебном порядке, я не собираюсь забирать и тратить на себя. В иске было указано детское специализированное учреждение, куда эти деньги должны быть перечислены. Но главное, ещё раз подчеркну, что в суде было установлено, что данный человек, именующий себя блогером, допустил незаконные клеветнические высказывания. И должен не просто извиниться, а их опровергнуть. Кстати, хочу обратить внимание, что невыполнение решения суда в РФ является уголовно наказуемым деянием. Все должны понимать, что за клевету, за нарушение закона неизбежно будет ответственность.

– Кстати, совсем недавно в первом чтении был принят законопроект об усилении наказания за оскорбление представителей власти в Интернете. Как вы думаете, насколько он своевременный?

– Я детально изучал и разбирался, что там прописано, ведь это наша отраслевая тема. У нас всё как обычно: тот, кто боится получить наказание за распространение недостоверной информации, голосит о том, что это нарушение прав человека, демократических свобод и так далее. Но ведь это никому не даёт права оскорблять людей, будь то чиновник, предприниматель, учитель или врач. Принятые недавно законодательные акты действительно направлены на ужесточение. Но ужесточение справедливое. Допустил нарушение закона, допустил ложь – пожалуйста, ответь за это. И кстати, ещё один законопроект недавно Госдумой был принят и передан в Федеральное Собрание. Это законопроект, который получил народное название «закон о борьбе с фейками». Мы видим, какое колоссальное количество недостоверной информации распространяется в Сети. И вопрос в том, что очень часто эта фейковая информация может привести к тяжким последствиям – спровоцировать негативную ситуацию, катастрофу и даже привести к чьей-то смерти. Поэтому ужесточение мер – это защита наших граждан.

– То есть если я, например, считаю, что администрация какого-то города или района работает плохо, и пишу об этом в своём блоге, то это оскорбление и клевета?

– Нет, конечно, это не клевета. Мы благодарны всем – и блогерам, и общественным деятелям, и простым интернет-пользователям, которые обращают внимание представителей органов власти на самые разные проблемы – от ямы перед подъездом до каких-то масштабных системных вопросов в сфере ЖКХ или того же здравоохранения. Такая практика и обращение взоров власти на эти проблемы – это однозначно позитивно, это должно быть и развиваться. Но не стоит путать достоверную информацию и справедливую критику с распространением заведомо ложной информации.

– К слову, о справедливой критике. Люди часто жалуются на качество связи…

– Безусловно, система связи в Крыму продолжает строиться. Причём исключительно силами крымских операторов. Ни один крупный российский игрок в Крым так и не зашёл. Но важно понимать характер жалоб. Если раньше мы могли говорить о том, что в каком-то населённом пункте связи попросту нет, теперь уже начинают жаловаться на скорость Интернета. Появился 3G – хочется 4G. Мы к хорошему быстро привыкаем и так же быстро забываем, с чего мы вообще стартовали в 2014-м. А стартовали с того, что Крым рисковал остаться вообще без какой-либо связи – и с внешним миром, и внутри полу­острова. Мы за это время инфраструктуру связи построили, стали независимыми от той, которая полностью принадлежала Украине и украинским операторам. Мы построили два прочных канала связи. Это оптоволоконные линии. Одна из них проложена в рамках энергомоста, вторая – отдельно, по дну Керченского пролива. Мы полностью восстановили работу фиксированной связи и пришли к новому стандарту. Если при Украине всего 136 базовых станций обеспечивали трансляцию сигнала в формате 3G, а остальное – это была обычная голосовая связь 2G, то сегодня мы открываем всё новые и новые базовые станции, работающие в формате 4G. Всегда всё познаётся в сравнении. При этом необходимо понимать, что все эти изменения происходили не за государственный счёт. Отрасль связи в России – это полностью коммерческая отрасль. Мы вынуждены взаимодействовать с операторами, договариваться с ними, кое-где ругаться… Прямого влияния у государства в этом вопросе нет.

По материалам программы «Вечер LIVE» телеканала «Первый крымский».