Аспирант СевГУ: Зачем нужна «мягкая сила»
Аспирант СевГУ: Зачем нужна «мягкая сила»
08 декабря 2016 - 12:01
Аспирант СевГУ: Зачем нужна «мягкая сила» 08 декабря 2016 - 12:01

 

Наталья ДЕМЕШКО, аспирант Севастопольского
государственного университета.

Запад активно использовал различные механизмы для продвижения у нас привлекательности своей цивилизации: образа жизни, государственной идеологии, культуры и языка и всего остального, что отличает нас от них. Не нужно быть идеалистом, все их действия направлены на то, чтобы оторвать народы, некогда принадлежащие к одной великой стране, от исторических корней. 

Никто не задавался вопросом, почему русский язык стал одним из четырёх языков Организации Объединённых Наций в середине 1940-х, а после 1990-х потерял свои позиции не только в дальнем зарубежье, но и на постсоветском пространстве. Ответ очевиден – влияние языка и других элементов культуры идёт следом за победами в военной, экономической, идеологической сферах. Язык является носителем смыслов в самом широком понимании этого термина. 

Сейчас во время проведения целого ряда мероприятий, имеющих научный и просветительский смысл, организаторы (ведущие вузы и министерства) используются английские слова и обозначения, хотя в русском языке существуют весьма достойные аналоги. При этом употребляются слова, которые имеют в нашем языке неоднозначное значение (например, «панель» вместо «секции»). В совокупности звучит так: «модератор панели – взаимодействие России с молодёжью стран СНГ». Получается весьма конфликтная ситуация с точки зрения здравого смысла: американизмы, а следовательно, и чужие смыслы при попытке продвижения российской точки зрения в условиях продолжающегося противостояния с Западом. Русский язык в таких формулировках теряет своё значение как инструмент русских смыслов. 

К сожалению, в отношении сущностной стороны различного рода мероприятий дело выглядит ещё печальнее. Сравнивая американские и европейские программы с российскими, приходишь к выводу, что последние проходят на уровне имитации и системная работа в сфере «мягкой силы» отсутствует. При этом такому имитационному российскому подходу приходится конкурировать с системными и сетевыми программами государственного департамента, различных американских, европейских фондов и министерств.