Андрей Дьяков: Нужно просто начать с себя
Андрей Дьяков: Нужно просто начать с себя
27 ноября 2015 - 11:37
Андрей Дьяков: Нужно просто начать с себя 27 ноября 2015 - 11:37

 

Главврач больницы скорой помощи Симферополя № 6 о переменах в медучреждении, зарплате медиков и о том, за что полюбил Крым 
Чуть более месяца назад министр здравоохранения Республики Крым Александр Голенко представил коллективу медицинского учреждения нового главного врача. Андрей Дьяков ранее возглавлял ЦРБ Судака. В ходе представления нового руководителя министр отметил, что предыдущий профессиональный опыт Андрея Дьякова будет полезен для того, чтобы проблемы, возникшие в работе такого серьёзного учреждения, как 6‑я горбольница, были решены.

Напомним, смена руководителя одной из ведущих столичных больниц произошла после того, как её сотрудники выразили возмущение действиями прежнего главврача Галины Лапиной и потребовали её отставки. Коллектив 6‑й горбольницы обвинил руководителя учреждения в необоснованном урезании зарплаты и разведённом в больнице бардаке. Новый главврач, которого уже называют антикризисным менеджером, рассказал «Газете» о том, что удалось сделать за короткий срок пребывания в должности, о целях, которые поставил перед собой, а ещё о том, о чём никогда не должен забывать врач, и как важно создать хороший психологический климат в коллективе больницы для оказания качественной медицинской помощи.

– В Минздраве Крыма и в коллективе больницы на вас возлагают большие надежды. Очень верят, что вам удастся вывести из неприятной ситуации знаковое не только для Симферополя, но и рес­публики медицинское учреждение. Оправдаете доверие?

– У меня принцип: приходя на новое место работы, быстро решать обозначенные проблемы. Если ставлю перед собой задачу, уже с первого дня, без «раскачки» стараюсь чего-то добиться. Поэтому для меня лично было принципиально важным разобраться, что происходит в коллективе и с обеспечением учреждения.

– И что же происходило?

– По жалобам, которые мне удалось проанализировать, выяснил, что есть, например, проблемы с обеспечением больницы лекарственными средствами, изделиями медицинского назначения. И что происходит с зарплатой наших сотрудников? Ведь именно по этой причине больница прогремела в СМИ. Начал действовать по этим направлениям. Чтобы порядок начисления зарплаты не вызывал нареканий у сотрудников, мы постарались придать этому процессу максимальную прозрачность. Мы создали так называемую тарификационную комиссию, которая коллегиально рассматривает внесение изменений в штатное расписание и начисление заработной платы. Была также создана рабочая группа по внесению изменений в Положение об оплате труда в части начисления стимулирующих выплат сотрудникам. А ещё полностью с нуля сформирована балльная система начисления этих выплат. В итоге мною подписан приказ – большой, серьёзный документ на 70 страницах, который предусматривает прозрачное и понятное начисление стимулирующих выплат конкретному работнику за выполнение определённых показателей. Причём этот приказ также создавался рабочей группой, а не руководством больницы.

– И зарплата сотрудников выросла?

– Если до этого делили, условно говоря, 3 рубля, но делили как-то кулуарно, то сейчас эти же 3 рубля тоже делятся, но уже прозрачно. Потому что пока денег у больницы больше не стало. Но, по крайней мере, теперь понятно, что санитарка в одном отделении, имеющая те же «вредности», что и санитарка в другом отделении, будут получать одинаково. А уборщица, которая следит за чистотой кабинета главврача, не может получать больше, чем операционная сестра.

– Бюджет больницы пока остался прежним? Есть пути его увеличения?

– Мы очень плодотворно поработали с Фондом обязательного медицинского страхования в части выявления проблем учреждения – выполнения объёмных показателей, качественных характеристик работы, несоблюдение которых приводит к снятию с больницы денежных средств. Потому что лишь выполнение объёмных и качественных показателей позволит постепенно выровнять финансовую ситуацию в учреждении. Да, пока, как говорится, звёзд с неба не хватаем, имеем то финансирование, которое имеем. Главное теперь – его у Фонда ОМС в полном объёме забирать, выполняя определённые качественные и количественные характеристики оказания медицинской помощи. Поэтому мы переработали у себя внутреннюю оценку качества медпомощи. Будем выявлять собственные ошибки ещё до того, как они попадут в какие-то контролирующие органы, из-за которых с нас снимают денежные средства. Имею в виду Фонд ОМС и страховые компании.

– То есть на опережение работаете?

– Стараемся. Всё это вкупе уже создало в коллективе обстановку, я бы сказал, терпимости. Сотрудники действительно дают мне возможность реализовать всё намеченное. Я же, в свою очередь, стараюсь общаться с каждым из них тет-а‑тет, с глазу на глаз, без своих заместителей или кого-либо другого, чтобы узнать действительное положение дел и мнение конкретного человека и чтобы не было никаких кривотолков, В итоге вместе находим пути решения той или иной проблемы.

– Кадров в учреждении хватает?

– Кадровый вопрос имеет место быть, как впрочем, и у всех. Я приехал в Крым с материка. Там ситуация с медицинскими кадрами гораздо хуже. Поэтому и на материке сейчас активно внедряются различные системы мотивации и привлечения медицинских кадров. Например, специалист, приехавший работать на новое место, получает подъёмные. А специалист, которого направляют на постдипломное обучение, в интернатуру, должен обязательно затем отработать в этом же лечебном учреждении. Плюс медики, вынужденно покинувшие Украину, тоже очень востребованы в регионах РФ. И сейчас за их счёт кадровый вопрос у них частично решён.

– На материке – это где? К слову, вы из какого региона России к нам приехали?

– Это Ленинградская, Новгородская, Псковская, Тверская и ряд других областей Северо-Запада РФ. До переезда в Крым я работал и. о. завотделением областной Новгородской больницы. Окончил Санкт-Петербургскую государственную медицинскую академию. Там же прошёл постдипломное образование по специальности «Врач-эндокринолог». После чего уехал на малую родину – в Новгородскую область, где короткий период времени работал врачом, затем был назначен и. о. завотделением, затем завполиклиникой и главврачом ЦРБ.

– В Крым приехали по собственному желанию?

– Естественно. Жить в Крыму – это мечта детства, после того как побывал здесь на отдыхе. Я родом из Средней Азии, из Ташкента. Поэтому тёплый климат Крыма мне близок на генетическом уровне. Я никоим образом не мог адаптироваться к погодным условиям Северо-Запада России. Совершенно никак (смеётся). Поэтому и семья моя уже здесь, даже кошка переехала. Жена тоже врач. Правда, сейчас пока не работает, поскольку находится в декретном отпуске. У нас дочь, ей год и 4 месяца. И мы планируем всю жизнь здесь работать на благо Крыма, нашей больницы. Я её уже воспринимаю как свою, родную.

– Судя по всему, задачей № 1 для вас всё же было понять коллектив учреждения, которое возглавили?

– Для меня действительно важно было понять, чего хотят люди. Хотя бы в целом. Частности, переживания, страдания, естественно, у каждого свои. А коллектив хотел прежде всего, чтобы его услышали. Только так мы все вместе сможем добиться того, чтобы наша больница гремела в СМИ, но уже своими достижениями, славилась высоким качеством оказания медицинской помощи пациентам.

– По большому счёту, даже в самые тяжёлые для медицины времена 6‑я больница скорой медицинской помощи была своего рода палочкой-выручалочкой для жителей всего Крыма и не только.

– В том-то и дело. Коллектив у нас хороший, специалисты работают квалифицированные, профессионалы своего дела. Тем не менее прогремели в СМИ и контролирующих органах в отрицательном плане. Потому что проблему пытались решить внутри, не были услышаны, к сожалению. Раз попросили, два, а на третий – написали. К счастью, сейчас в РФ есть возможность быть услышанными «в верхах».

– Итак, образно говоря, «диагноз» учреждению вы поставили.

– Дальше будем «лечить». За месяц нам удалось значительно поднять среднюю зарплату наших сотрудников. Если раньше у врачей она была около 30 тысяч рублей, то сейчас уже в среднем 35 тысяч. Да, это пока ещё не соответствует рекомендованным цифрам, но, думаю, в ближайшие 6 месяцев мы их достигнем.

За тот короткий срок, как я в должности, нам удалось достаточно серьёзно продвинуться вперёд в плане модернизации больницы. Имею в виду ремонт. Первый раз отбойный молоток в учреждении ударил в начале августа. Я пришёл в больницу в начале сентября. К сожалению, над нашими уважаемыми строителями нужно вести постоянный «принудительный контроль», заставлять их работать (смеётся).  И я это делаю три раза в день. Мой рабочий день начинается рано с обхода строительных площадок. Потом у меня ещё один обход, уже с директором подрядной организации. В 17:00 я осматриваю то, что строители сделали за день, оцениваю качество работ, если что-то не нравится, тут же отдираю, ломаю. И они всё переделывают так, как надо.

– То есть если подрядчики попытаются скрыть какие-то изъяны в своей работе, с вами этот номер не пройдёт?

– Они знают это хорошо (смеётся). Поэтому мы с ними периодически ругаемся. Но мне нужен результат – завершить все намеченные ремонтные работы в больнице не позднее 20 декабря.

– Словом, вы сейчас и администратор, и закупщик нового оборудования, и строитель, и финансист, и бухгалтер, и провизор и т. д. А качество оказания медицинской помощи при переходе на страховую медицину в больнице тоже меняется? Надеюсь, в лучшую сторону?

– Поменялось уже многое. Потому что в принципе меняется подход и учреждения, и врача к тому, что такое «страховой случай», и люди начинают понимать, каким образом существование больницы в целом и конкретного врача или санитарки в частности зависит от удовлетворённости данного конкретного пациента. А она, в свою очередь, проистекает в том числе и от качества оказанной ему медицинской помощи. Связь здесь прямая. Оказал врач качественную медпомощь в установленные сроки – и пациент удовлетворён, соответственно, страховая компания тоже, тогда она перечислит больнице необходимый объём финансирования. Значит, врач получит соответствующую целевую зарплату. Круг замкнулся. Если пациент не удовлетворён, он обращается в страховую компанию, и в случае выявления дефектов в качестве оказания ему медицинской помощи к больнице будут применены штрафные санкции, мы недополучим определённые финансовые средства. Помимо врача, оказавшего некачественную медпомощь, который не получит зарплату, её недополучит средний и младший медперсонал и руководство учреждения. И, что немаловажно, главврач. Это одна сторона медали.

Но есть и другая. К моему глубочайшему сожалению, мы все тут уже превращаемся в экономистов. Но нельзя забывать, что мы врачи. И приходим на работу, чтобы помощь оказывать людям. Поэтому и сердце, и душа у сотрудников тоже должны быть. Потому что страховая медицина – это хорошо. Хорошо понимать, что такое «законченный страховой случай», тариф, госпитализация, пациентодень. Но нельзя забывать о том, для чего мы надели белые халаты. Нельзя забывать, что человек, который обратился к нам, чувствует боль и пришёл за помощью. А если ты сидишь в грязном халате, не поднимаешь глаза на него, дерзишь, циничен, ты превращаешь искусство врачевания, свою медицинскую сферу деятельности в сферу услуг. Поэтому, чтобы принципиально изменить качество оказания медицинской помощи, надо начать с себя. Ну, приди ты на работу в хорошем настроении, надень чистый халат, заходит пациент в кабинет, первым поздоровайся, первым предложи помощь. Он же пришёл к тебе с болью, часто со слезами. Люди же обмениваются информацией. И тогда следующий пациент будет заходить к тебе с другим настроением, не с требованием оказать помощь, а с просьбой. И над этим немаловажным аспектом мы сейчас тоже работаем в коллективе. Если некоторые сотрудники позволят себе нарушать какие-то функциональные обязанности, позволяет некорректное отношение к пациентам, мы найдём возможность их «откорректировать», поправить. Точно так же найдём рычаги для поощрения добросовестных работников. Кстати, мы уже начали это делать. Впервые за последний период выплатили сотрудникам премии.

– Похоже, что врачебная этика для вас не пустой звук. Ваши родители тоже врачи? Выбор профессии сделали осознанно?

– Мама – детский врач. Поэтому я с детства тоже хотел быть врачом. Часто бывал у неё на работе, видел её отношение к людям. Больные детишки для меня – это самый главный приоритет. Так же, как и беременные. В каком бы психоэмоциональном состоянии они ни были, они всегда правы. Я хочу, чтобы и наша больница была образцово‑показательной во всех смыслах. И сделаю всё, чтобы она таковой стала. Да, это не случится за день-два. Но и годы для этого точно не понадобятся.

– Ваша жена согласна терпеть, ведь вы от зари до зари на работе?

– Она знает мой принцип: или ты работаешь так, как надо, или уступи место тому, кто работает лучше. Я получаю удовлетворение лишь тогда, когда, поставив перед собой цель, достиг её. Да, работа сегодня у меня тяжёлая, но интересная. Я не замечаю, как летит время, неделя за неделей. «Притормаживаю» только к вечеру субботы, а в воскресенье я уже думаю, как пойду на работу и что буду делать.

– Так вы счастливый человек. Увы, для многих работа – каторга, обязанность, которую они вынуждены выполнять.

– Главное, чтобы жена этого не прочитала (заливисто смеётся). К счастью, она у меня – умница. Понимает, какие задачи поставлены главой республики, министром здравоохранения. Их надо выполнять, а не обсуждать.

– Выдерживать такой ритм жизни, везде успевать помогает спортивная подготовка?

– Я быстро бегаю, передвигаюсь. А чтобы быстро бегать, нужна прежде всего психологическая подготовка (смеётся).